В отличие от ряда отраслей российской экономики, где прогнозируется экономический спад и рост безработицы, в ИТ-индустрии сложилась противоположная ситуация. Количество айтишников, покинувших Россию с начала операции на Украине, измеряется тысячами человек, что обострило и без того высокую конкуренцию работодателей за трудовые ресурсы.
Как рассказали «Профилю» руководители российских ИТ-компаний, перед отраслью встала необходимость перестройки в связи с новыми задачами по импортозамещению. В этих условиях дефицит специалистов может сыграть роковую роль, замедлив темпы технологического развития экономики. Предпринятые властями меры по удержанию айтишников в стране эксперты называют недостаточными.
Какие потери понесла российская ИТ-отрасль
Четкого понимания, сколько айтишников перебрались за границу за последние недели, в отрасли нет. По данным Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК), в феврале–марте из страны выехали 50–70 тысяч специалистов. Оценка Ассоциации российских производителей ПО «Руссофт» ниже: 18–20 тысяч человек.
Опрошенные «Профилем» эксперты признались, что большинство ИТ-компаний понесли кадровые потери. Но речь идет о небольшой доле штата. В компании «Рексофт», насчитывающей 400 сотрудников, уехали несколько человек, рассказывает ее HR-директор Дмитрий Скрипкин.
В компании HFLabs больше 100 сотрудников, решение о релокации приняли двое, говорит исполнительный директор Константин Степанов.По словам руководителя HR-подразделения интегратора Simtech Development Айрата Нуртдинова, в среднем по рынку эмигрировало до 10% персонала. В его компании уехали пять человек: двое в Грузию, по одному в Армению, США и Португалию. «Айтишники уезжали и раньше, – замечает он. – Но стремились в США и Западную Европу. А сейчас в экстренном порядке уезжают в страны ближнего зарубежья, Турцию, Грецию. Невзирая на этнические, культурные особенности и бытовые проблемы». На всех желающих таких специалистов не хватит, оговаривается Евгений Сафронов: «Их значительно меньше, чем эмигрировавших айтишников. По нашим расчетам, всего около 1000–1500 человек. Но это опытные люди, сливки, которые надо собрать с рынка в первую очередь».
Следом компаниям нужно открывать собственные образовательные центры, считает Сафронов. По его мнению, бизнесу нужно настроиться на то, что придется брать на рынке менее квалифицированных айтишников и «доводить до ума». «Инвестиции в начинающих специалистов себя окупят, если закреплять их контрактными обязательствами при приеме на учебу», – уверен эксперт.
Еще один ресурс – разработчики из «дружественных» стран СНГ. «В прошлом году наши заказчики негативно относились к кандидатам из СНГ, но этой весной сняли все ограничения и попросили нас находить людей в Узбекистане, Казахстане, Таджикистане, странах Закавказья. Раньше это вообще не обсуждалось, в лучшем случае была Белоруссия», – рассказывает Сафронов.
Впрочем, массовым приток таких кадров в Россию вряд ли станет по нескольким причинам. Во-первых, со слов Сафронова, разработчики из СНГ предлагают свои услуги по европейским расценкам. Во-вторых, может сказаться разница в менталитете. «В Белоруссии очень сильные айтишники, в Казахстане тоже. С другими работать было бы сложнее с точки зрения языкового барьера», – рассуждает Айрат Нуртдинов.
В-третьих, многое зависит от процедуры оформления «ИТ-гастарбайтеров». «В данный момент она не очень проста даже для ребят из Белоруссии. Будут ли требования смягчаться? Мы в HFLabs, возможно, придем к найму таких кандидатов позже», – допускает Константин Степанов.
Насущная задача – удержать оставшихся специалистов. Для этого руководители компаний идут на беспрецедентные меры: например, «Яндекс» выплатил всем сотрудникам, включая стажеров, дополнительную зарплату. Также им разрешили вернуться из офиса на удаленку, согласившись, что «многим сейчас морально тяжело и хотелось бы больше быть с семьей».
В отрасли сложился рынок работника, диктующего условия работодателю, признают эксперты. «В компаниях, связанных с зарубежным бизнесом, сотрудники хотят привязать зарплату к курсу доллара. Иногда просят выплатить зарплату вперед за месяц-два, бонусы. И на это можно пойти, учитывая сложившуюся ситуацию», – считает Алексей Антонов.
«Сейчас многие кандидаты параллельно ведут переговоры с российскими и западными компаниями. На днях был случай: предложили специалисту должность разработчика корпоративных хранилищ данных с окладом более 300 тысяч рублей. А он в ответ потребовал шесть тысяч евро – мол, ему столько готовы дать в Европе. Тяжело конкурировать», – добавляет Евгений Сафронов.
Когда остановится отток ИТ-кадров из России По информации РАЭК, исход айтишников не сбавляет обороты: до конца апреля Россию могут покинуть еще 100 тысяч специалистов. Комментируя эту цифру, собеседники «Профиля» разошлись во мнениях. «С прогнозом абсолютно согласен, – говорит Алексей Антонов. – Возможно, будет даже больше, до 150 тысяч. Исход кадров – не разовая акция, а долгосрочный процесс».
«Отток будет продолжаться, – вторит ему Дмитрий Скрипкин. – Будут уезжать более взрослые специалисты, которым надо подготовить базу для перевоза семей».
Константин Степанов не согласен с коллегами. «Наиболее массовый отток был в конце февраля – начале марта. Те, кто действовал на эмоциях, уже уехали. Сейчас добавились сложности с банковскими картами, выросли цены на аренду жилья и организовать переезд, если ты к нему не готовился, уже непросто», – аргументирует он.
По мнению Айрата Нуртдинова, хайп вокруг релокации вредит ИТ-отрасли. «Сегодня половина соискателей помечают в резюме, что для них в приоритете вакансии с релокацией, – рассказывает эксперт. – Айтишник – это интроверт, он болезненно реагирует на внешние факторы. И когда его информационное поле наполнено мрачными прогнозами и статистикой уехавших, которую невозможно проверить, он испытывает дискомфорт и иррациональное желание перебраться хоть куда. Но когда видишь это стремление у специалистов начинающего и среднего уровня, хочется спросить: может, все-таки не стоит? Ведь достаток айтишника в России позволяет многое, а рассчитывать на эти же блага в США вряд ли получится. По моим ощущениям, из тех, кто уехал, вернутся 80%».
«Появляется все больше ребят, которые спешно переехали в Грузию, поискали там работу, не нашли и сейчас мне пишут, что готовы оттуда поработать на российский рынок, – добавляет Евгений Сафронов. – Думаю, до конца весны российские ИТ-компании дотянут проекты имеющимися силами, летом в отрасли всегда затишье, а к осени, когда большая часть специалистов определится со своим будущим, мы поймем реальный итог этого процесса».
Со своей стороны, российские власти стремятся остановить исход айтишников. В марте правительство утвердило пакет мер поддержки отрасли. В их числе – отсрочка от призыва в армию для сотрудников ИТ-организаций и предоставление им льготной ипотеки (по ставке 5% годовых).
Собеседники «Профиля» оценивают эти меры сдержанно. «Ждем описания механизма, как это будет реализовано на практике, – отзывается Константин Степанов. – Да, это приятные предложения, но не такие лакомые, какими они могли бы выглядеть год назад».
«Эти меры направлены на «поддержание штанов» и совсем небольшое развитие рынка, – комментирует Алексей Антонов. – Однако они внушили надежду на то, что за ними последуют новые, более существенные предложения, которые реально могут побудить людей остаться в России».
По мнению Александра Букурова, дефицит кадров в отрасли – проблема, которую можно решить только фундаментальными мерами. «Считаю, что нужно вкладывать в образование, – резюмирует он. – Там катастрофическая ситуация, выражающаяся в огромной нехватке преподавателей. В результате качество подготовки ИТ-специалистов в вузах настолько низкое, что в отрасли остаются немногие, и это абсолютно не восполняет потребности рынка».
Свежие комментарии